Комиссия Супикова-Гулякова сказала «не установлено». Но прокуратура увидела шесть компетенций: новый этап «кейса Шаронова»

Согласно двум уведомлениям областной прокуратуры, которые мы получили прямо сейчас, обращения редакции, зарегистрированные 21 и 22 июля 2026 года, направлены:

• в Министерство юстиции РФ по Пензенской области;
• Следственное управление Следственного комитета РФ по Пензенской области;
• Управление Федеральной налоговой службы по Пензенской области;
• Пензенское управление Федеральной антимонопольной службы;
• Счётную палату Пензенской области;
• Министерство финансов Пензенской области.

Речь идёт о разных частях журналистского расследования, связанного с деятельностью государственного медиахолдинга «Экспресс», АО «ТРК “Наш дом”», МФПО, Фонда развития детского спорта, рядом некоммерческих и частных структур, закупками у единственного поставщика и другими эпизодами, в которых фигурирует политико-управленческий контур Антона Шаронова. Включая пресловутый «Тренажерогейт» с столь же загадочным, как и фатально восхитительным пятым годом следствия с его «неустановленными лицами» и «неустановленным местом» в... Буртасах. Не ржать.

Первый пакет: НКО, налоги и возможные противоправные действия.

Первое обращение было зарегистрировано в прокуратуре области 21 июля.

В официальном уведомлении указано, что оно содержит сведения:

• о возможных нарушениях законодательства о некоммерческих организациях;
• налогового законодательства;
• возможных противоправных действиях;
• иных обстоятельствах.

Материалы направлены соответственно в региональные управления Минюста, ФНС и Следственного комитета. К письму приложено семь листов документов.

Формулировка прокуратуры не означает, что противоправные действия уже установлены. Ведомство направило информацию для рассмотрения по компетенции. Однако сам выбор адресатов показывает, что изложенные редакцией обстоятельства невозможно свести только к частному хозяйственному спору или репутационной критике. Теперь разные части массива должны получить самостоятельную оценку.

Минюст вправе проверить, соответствует ли фактическая деятельность НКО их уставным целям, как формировались органы управления, представлялась ли необходимая отчётность и на что расходовались средства.

ФНС может исследовать налоговый учёт операций, источники денежных средств, займы, хозяйственные связи и отражение доходов.

Следственный комитет должен дать процессуальную оценку сведениям о возможных противоправных действиях, если в поступивших материалах усматриваются признаки сообщения о преступлении.

Второй пакет: закупки и бюджетные деньги.

Второе обращение зарегистрировано областной прокуратурой 22 июля.

Оно направлено:

• в Пензенское УФАС;
• Счётную палату Пензенской области;
• региональное Министерство финансов.

В уведомлении речь идёт о возможных нарушениях законодательства в сфере закупок и иных вопросах. К письму приложено четыре листа материалов.

Так закупочный контур ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”» оказался одновременно в поле зрения трёх контрольных органов, но с разными полномочиями.

УФАС должно оценить порядок проведения закупок, соблюдение положения о закупке, правомерность выбора способа определения поставщика и обстоятельства оформления однотипных процедур.

Счётная палата — эффективность и результативность использования областных средств, исполнение государственного задания и соотношение бюджетного финансирования с фактически полученным результатом.

Минфин — соблюдение условий и целей предоставления субсидий.

Министерство финансов уже официально сообщило редакции, что назначило проверку использования субсидий, выделенных ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”» из бюджета Пензенской области.

По информации источников The Penza Post, представители финансового ведомства уже работали с документацией учреждения. Официальный перечень полученных документов, проверяемый период и полный круг вопросов пока не раскрыты.

Областная прокуратура исправила районную логику.

Ранее Первомайская районная прокуратура сообщала редакции, что сама не проводит проверки в порядке статей 144–145 УПК РФ, и предлагала заявителю обращаться в Следственный комитет и налоговую службу самостоятельно. Теперь областная прокуратура применила иной подход: сама направила материалы в компетентные органы.

Это принципиальная разница. Ибо гражданин или редакция не должны выполнять функцию диспетчера между ведомствами, когда государственный орган уже получил обращение и видит, что отдельные доводы относятся к полномочиям других структур.

Областная прокуратура именно так и поступила: выделила направления и разослала документы адресатам. Респект Дмитрию Николаевичу Горшкову.

Шесть адресатов — ещё не шесть проверок.

Вместе с тем переоценивать значение уведомлений не следует. Прокуратура пока не сообщила, что:

• нарушения установлены;
• возбуждены уголовные или административные дела;
• назначены все шесть проверок;
• конкретные лица признаны ответственными;
• подтверждена связь между разными эпизодами.

Пересылка по компетенции — это начало ведомственного рассмотрения, а не его результат.

В свою очередь каждый адресат может назначить полноценную проверку, запросить дополнительные документы, провести встречные мероприятия либо ограничиться письменным анализом и сообщить, что оснований для реагирования не найдено.

Главная опасность состоит в другом: единая экономическая картина может быть разрезана на отдельные юридические фрагменты.

Минюст посмотрит устав НКО. ФНС — налоговые декларации. УФАС — процедуру закупки. Минфин — целевое использование субсидии. Счётная палата — исполнение государственного задания. Следственный комитет — наличие признаков состава конкретного преступления.

И каждый орган может заявить, что в пределах его узкой компетенции оснований для мер не имеется, не сопоставив данные с материалами остальных ведомств. Как уже происходило месяцами ранее.

Кто должен собрать картину обратно.

Именно поэтому роль прокуратуры не должна заканчиваться регистрацией исходящих писем.

Если прокуратура сама разделила материал между шестью ведомствами, логично ожидать, что после получения ответов она:

• сопоставит выводы;
• устранит противоречия;
• проверит полноту рассмотрения;
• оценит новые обстоятельства в совокупности;
• при необходимости примет собственные меры реагирования.

Например, формально правильно оформленная закупка ещё не доказывает реальность оказанной услуги. Правильно отражённый в бухгалтерском учёте платёж не отвечает на вопрос об экономической обоснованности расходов. Соответствие операции уставу НКО не исключает налоговых или иных нарушений. Отсутствие нарушения при кадастровом разделе земли не объясняет, кто инициировал её последующую передачу частному пользователю с аффилиациями с должностным лицом через официальных помощников в ЗС на 15 лет.

Поэтому ведомственная проверка должна идти не только по форме документов, но и по фактическому движению денег, имущества и экономической выгоды.

Что теперь должны получить редакция и гражданское общество.

The Penza Post направит каждому из шести органов уточняющие обращения с просьбой сообщить:

• входящий номер полученных материалов;
• принятое процессуальное или контрольное решение;
• предмет проверки;
• проверяемый период;
• перечень исследуемых организаций и операций;
• сроки рассмотрения;
• результаты и принятые меры.

От Следственного комитета редакция ожидает не общей отписки о гражданско-правовом характере отношений, а процессуального решения по направленным сведениям. От УФАС — оценки конкретных закупочных процедур. От Минфина — результатов проверки субсидий, а не только подтверждения наличия договоров и актов. От Счётной палаты — анализа эффективности расходов. От ФНС и Минюста — содержательной оценки финансовой и уставной деятельности проверяемых организаций.

На фоне депутатской «невидимости».

Особенно показательно происходящее выглядит на фоне ответа комиссии Законодательного собрания по депутатской этике. Парламентская комиссия заявила, что не установила использования Антоном Шароновым депутатского статуса в деятельности, не связанной с депутатскими полномочиями. При этом она не раскрыла, какие документы исследовала, опрашивала ли помощников депутата и как оценивала их участие в частных организационных контурах.

 АКТУАЛЬНО: Шесть обращений, письмо из Управления Президента — и один абзац: новая глава парламентской этики по-пензенски в кейсе Шаронова

Получилась странная институциональная развилка.

Комиссии Законодательного собрания хватило одной строки, чтобы не увидеть оснований для депутатской ответственности. Областной прокуратуре тех же материалов хватило, чтобы направить их сразу в шесть профильных органов.

Это не означает, что прокуратура признала вывод комиссии неверным. У ведомств разные полномочия и предмет проверки. Но контраст очевиден:

парламентская комиссия сообщила, что обстоятельств не установила, а прокуратура увидела минимум шесть направлений, требующих профессионального рассмотрения компетенций.

Вместо финала.

«Кейс Шаронова» пока не превратился ни в уголовное дело, ни в установленную коррупционную схему. Но он уже перестал быть просто серией журналистских публикаций.

Материалы официально находятся:

• у следователей;
• налоговых инспекторов;
• антимонопольного органа;
• финансовых контролёров;
• аудиторов Счётной палаты;
• специалистов Минюста по некоммерческим организациям.

Теперь каждому ведомству предстоит ответить за свой участок работы. А прокуратуре — не позволить шести отдельным ответам растворить единую картину.

Потому что деньги, земля, закупки, некоммерческие организации, биты, бутылки в головы, этнические лица, медиаресурсы и связанные лица могут находиться в разных папках. Но экономический и процессуальный результат у всех этих решений один — и именно его государство обязано установить.

Редакционная оговорка.

Материал не утверждает совершение Антоном Шароновым, его помощниками, руководителями и участниками упомянутых организаций либо иными лицами преступления или другого правонарушения. Направление обращений по компетенции не означает установления нарушений и виновности конкретных лиц. Публикация представляет собой анализ официальных уведомлений прокуратуры и вопросов, подлежащих проверке уполномоченными органами.

Политические деятели, стремящиеся заручиться общественным мнением, тем самым соглашаются стать объектом общественной политической дискуссии и критики в средствах массовой информации. Государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в средствах массовой информации в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

(в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.12.2025 N 33).