Открытое письмо СМИ в президиум регионального политического совета партии «Единая Россия», депутатам ЗС и Губернатору Олегу Мельниченко по «кейсу Шаронова»

Почему Антон Шаронов с таким антирепутационным кейсом продолжает олицетворять “государственное строительство” и информационную политику региона?

В президиум регионального политического совета Пензенского регионального отделения ВПП «Единая Россия»
Депутатам Законодательного Собрания Пензенской области
Комиссии Законодательного Собрания по депутатской этике
Фракции «Единая Россия» в Законодательном Собрании Пензенской области

Уважаемые депутаты, партийные руководители и члены президиума!
Уважаемый Губернатор!

Редакция The Penza Post обращается к вам публично, поскольку вопрос вокруг Антона Анатольевича Шаронова давно перестал быть вопросом одной биографии, одного депутатского мандата или одного медийно-политического конфликта. Сегодня это вопрос политической гигиены партии Кремля и Власти. Это вопрос авторитета Президента страны в границах отдельно взятого региона и... самого Губернатора, который олицетворяет имидж и нарративы Центра и волю Владимира Владимировича Путина в субъекте РФ.

Это вопрос о том, кто в Пензенской области имеет право публично представлять государственную линию, партийную линию «Единой России», президентскую повестку, информационную политику и саму идею государственного строительства.

Антон Шаронов сегодня — не рядовой депутат. Он председатель комитета Законодательного Собрания Пензенской области по государственному строительству, вопросам местного самоуправления и информационной политике. Он заместитель руководителя фракции «Единая Россия». Он член президиума Законодательного Собрания. Он член президиума регионального политсовета «Единой России». Он одновременно возглавляет государственный медиахолдинг «Экспресс».

То есть именно он в регионе фактически находится на пересечении парламентской власти, партии власти, государственной информационной политики и бюджетного медиаресурса. Именно поэтому вопрос звучит предельно просто: почему человек с таким накопленным антирепутационным багажом продолжает быть лицом комитета по государственному строительству и информации?

Это уже не частный кейс Шаронова. Это кейс системы, которая его держит.

За последние годы вокруг фамилии Шаронова сформировалась цепочка публичных вопросов, которые невозможно списать на случайность, эмоции или журналистскую придирчивость.

Роскомнадзор.
Сердобск.
БашГУ.
МФПО.
«Тренажерогейт» с уголовным дело в СК с процессуальным участием депутата.
ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”».
11 канал и АО «ТРК “Наш дом”».
Частный ООО «Медиахолдинг “Наш дом”».
«Амальгама».
Фонд развития детского спорта.
АНО «Сурский Десант».
Айвазяны.
Земля на улице Мира.
Аренда, автомойка, аукцион.
Закупки у единственного поставщика.
Дешевый вторичный контент под видом полноценного продукта государственного ТВ.
Странные изменения в бухгалтерской отчетности после публичной подсветки аффилированного клона 11 канала в подведе должностного лица.

По каждому из этих эпизодов могут быть разные юридические оценки. Где-то нужны проверки, где-то документы, где-то процессуальные решения, где-то ответы УФАС, прокуратуры, ФНС, СК, КСП.

Но политический вопрос уже созрел. И он звучит так:
сколько таких маркеров должно накопиться, чтобы партия и парламент перестали делать вид, что ничего не происходит?

Шаронов может оставаться депутатом. Но почему он продолжает возглавлять именно этот комитет?

Мы не ставим вопрос о презумпции невиновности.
Мы не требуем внесудебных расправ.
Мы не предлагаем лишать кого-либо мандата без предусмотренных законом оснований.

Но председатель комитета по государственному строительству и информационной политике — это не техническая должность. Это политический символ. Это человек, который должен олицетворять институциональную чистоту, доверие к власти, Президенту страны, качество публичной коммуникации, устойчивость государственных институтов, уважение к закону и репутационную совместимость с федеральной повесткой.

И здесь возникает принципиальный вопрос: почему именно Антон Шаронов с его накопленным багажом продолжает быть таким символом?

Если партия и депутаты считают, что все перечисленное — не проблема, скажите это публично.
Если считают, что проблема есть, почему нет ротации?

Компрометация федеральной повестки.

Сегодня федеральная власть говорит о доверии, суверенности, ответственности элит, борьбе с коррупционными практиками, защите государства, дисциплине публичных кадров и недопустимости имитации.

Президентская и кремлевская повестка строятся на идее сильного, собранного, ответственного государства.
Но в Пензенской области человеком, который отвечает за «государственное строительство» и информационную политику, остается фигура, вокруг которой годами накапливаются вопросы о схемах, конфликтах интересов, медийных потоках, бюджетных закупках, частных клонах, долговых связках и странных имущественных историях.

Это уже не удар только по Шаронову. Это удар по тем, кто его сохраняет. Потому что для внешнего наблюдателя возникает логичный вывод: если партия и парламент видят этот кейс, но не ротируют фигуранта с профильной должности, значит, они либо не считают это проблемой, либо не способны провести элементарную кадровую санитарную процедуру.

Оба варианта опасны. Почему молчит фракция? Почему постыдно "виляет" Комиссия по этике в ЗС?

Мы обращаемся к фракции «Единая Россия» в Законодательном Собрании Пензенской области. Вы действительно считаете нормальным, что заместитель руководителя фракции с таким антирепутационным кейсом продолжает представлять партию власти? Вы действительно считаете, что это укрепляет доверие к партии? Вы действительно готовы объяснять избирателям, почему человек, чья фамилия проходит в Сердобске, в Уфе, через цепочку вопросов от «Буртасов» до 11 канала и закупок государственного медиахолдинга, остается в президиуме парламента и во главе комитета по информации?

Где позиция фракции?
Где политическая оценка?
Где комиссия по этике?
Где хотя бы временное решение о самоотводе от профильной должности до завершения проверок?

Почему молчит президиум регионального политсовета “Единой России”?

Мы обращаемся к президиуму регионального политсовета партии.
Шаронов — не просто депутат от «Единой России». Он член партийного руководящего контура в регионе.
Это означает, что партия несет политическую ответственность за его публичный статус.
Не уголовную.
Не процессуальную.
Но политическую.

И вопрос здесь не в том, «доказано или не доказано». Вопрос в другом:
совместим ли такой объем публичных вопросов с ролью человека, который должен транслировать федеральную государственную и партийную линию?
Если совместим — скажите это прямо.
Если несовместим — примите кадровое решение.

Почему молчит Законодательное Собрание?

Законодательное Собрание — это не декорация.
Это не клуб взаимного прикрытия.
Это представительный орган власти.

Если председатель одного из ключевых комитетов превращается в токсичную фигуру, парламент обязан реагировать.
Не потому, что кто-то уже признан виновным. А потому, что парламент защищает не персональные карьеры, а доверие к институту. Особенно когда речь идет о комитете по государственному строительству и информационной политике.

Нельзя говорить о государственном строительстве, когда вокруг председателя профильного комитета накапливается столько вопросов о возможных схемах.
Нельзя говорить об информационной политике, когда этот же человек возглавляет государственный медиахолдинг, вокруг закупок и медийной модели которого появляются все новые проверочные версии.
Нельзя говорить о доверии, когда публичная реакция парламента — тишина.

Позиция СМИ.

Мы не требуем признать Антона Шаронова виновным. Мы требуем политически честного ответа:
почему он до сих пор не ротирован с должности председателя комитета по государственному строительству, вопросам местного самоуправления и информационной политике? Это минимальная мера репутационной защиты.
Не лишение мандата.
Не приговор.
Не поражение в правах.
А элементарная политическая гигиена.
До завершения проверок Шаронов не должен олицетворять государственное строительство и информационную политику региона.
Потому что сегодня он уже не усиливает эту повестку. Он ее компрометирует.

Вопросы, на которые общество вправе получить ответ.

Просим президиум регионального политсовета «Единой России», фракцию «Единая Россия» и Законодательное Собрание Пензенской области публично ответить:

1. Рассматривался ли на уровне фракции вопрос о репутационной совместимости Антона Шаронова с должностью председателя профильного комитета? 
2. Рассматривался ли на уровне президиума регионального политсовета вопрос о политических рисках сохранения Шаронова в руководящем контуре партии? 
3. Давалась ли оценка тому, что руководитель государственного медиахолдинга одновременно возглавляет парламентский комитет по информационной политике? 
4. Давалась ли оценка возможному конфликту интересов в связи с ГАУ «Экспресс», АО «ТРК “Наш дом”», ООО «Медиахолдинг “Наш дом”», ООО «Медиагруппа “Амальгама”» и иными структурами медиаконтура? 
5. Рассматривался ли вопрос о временном отводе Шаронова от руководства комитетом до завершения проверок? 
6. Считает ли фракция «Единая Россия» допустимым, чтобы человек с таким публичным кейсом представлял партию в президиуме Законодательного Собрания? 
7. Считает ли президиум регионального политсовета допустимым, чтобы Шаронов продолжал быть одним из партийных лиц региона? 
8. Почему при таком объеме публичных вопросов не инициирована парламентская проверка или заседание комиссии по этике? 
9. Кто персонально в партии и парламенте берет на себя ответственность за сохранение Шаронова в нынешнем статусе? 
10. Не понимают ли депутаты и партийные руководители, что дальнейшее молчание превращает кейс Шаронова в кейс всей региональной «Единой России»? 

Вся логика "кейса Шаронова" предполагает не радикальное, а минимально разумное решение:
временно ротировать Антона Шаронова с должности председателя комитета по государственному строительству, вопросам местного самоуправления и информационной политике до завершения проверок по публично обозначенным эпизодам.

Считаем необходимым:

• провести заседание комиссии Законодательного Собрания по депутатской этике; 
• рассмотреть вопрос на фракции «Единая Россия»; 
• рассмотреть вопрос на президиуме регионального политсовета; 
• запросить у самого Шаронова письменные объяснения по ключевым публичным эпизодам; 
• дать обществу публичный ответ, почему партия и парламент либо сохраняют его в должности, либо принимают решение о ротации. 

Финальный вопрос.

Главный вопрос сегодня уже не к Антону Шаронову. К нему вопросов достаточно. Главный вопрос — к партии и парламенту:
почему человек с таким антирепутационным кейсом продолжает быть проводником государственной, президентской, кремлевской и партийной линии в сфере госстроительства и информации? Пензенской области нужна не имитация политической чистоты. Ей нужна реальная политическая гигиена. И если «Единая Россия» и Законодательное Собрание не хотят, чтобы кейс Шаронова стал кейсом их собственного молчания, решение надо принимать сейчас.