«Ни должность, ни связи». Кейс «Нашего дома» и Шаронова ушел Фишману, Бастрыкину и Бортникову: The Penza Post требует проверить всю интеграцию как единый процесс

Копия заявления направлена председателю СК России Александру Бастрыкину, отдельное обращение — в центральный аппарат ведомства с просьбой поставить проверку на контроль; материалы также направлены директору ФСБ России Александру Бортникову. Причина такого маршрута проста: Шаронов является не только руководителем государственного учреждения, но и депутатом Законодательного Собрания Пензенской области, то есть лицом, в отношении которого УПК предусматривает специальный порядок, а преступления лиц этой категории относятся к подследственности Следственного комитета. Решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата регионального парламента принимает руководитель СУ СК по субъекту — сегодня это как раз Андрей Фишман. 

Фишман пришел в Пензу вовремя.

Назначение Андрея Фишмана для этого сюжета выглядит символично. В Пензу он пришел не из местной правоохранительной или административной системы: до назначения руководил Следственным управлением СК по Кабардино-Балкарии, а до этого несколько лет работал в центральном аппарате Следственного комитета, в том числе руководил подразделениями управления контроля за следственными органами Главного следственного управления. В сентябре 2026 года его представили пензенскому управлению как нового руководителя, назначенного Президентским указом. 

И здесь особенно интересно не столько резюме нового начальника, сколько его собственные публичные формулировки.

Говоря о коррупционных преступлениях еще в Кабардино-Балкарии, Фишман заявлял: «должность — это ответственность, а не привилегия», а затем сформулировал еще определеннее: «ни должность, ни связи не могут быть препятствием для следствия». При нем следственное управление сообщало об аресте имущества более чем на 450 млн рублей и возмещении ущерба свыше 350 млн рублей. 

Теперь эти слова получают возможность пройти пензенскую проверку практикой.

Редакция не знает и не может знать заранее, к каким выводам придет Следственный комитет. Более того, мы специально подчеркиваем в заявлении: журналистская версия не является установленным фактом виновности кого бы то ни было. Но именно Фишман теперь должен решить куда более содержательный вопрос: увидит ли следствие в истории «Нашего дома» совокупность взаимосвязанных экономических событий либо снова разложит ее на два десятка внешне самостоятельных хозяйственных операций, каждая из которых по отдельности может выглядеть вполне обыденно.

Для нового руководителя, не формировавшегося внутри пензенской системы отношений, это одновременно и профессиональная возможность, и проверка заявленного им принципа независимости следствия. Мы надеемся, что отсутствие многолетней включенности Фишмана в местный административный ландшафт позволит исследовать документы без оглядки на должности и статус участников. Это именно надежда редакции, а не утверждение о чьем-либо прежнем незаконном влиянии.

Почему «Наш дом» нельзя больше проверять по кусочкам.

Вся проблема предыдущего чиновничьего изучения этой истории состояла в том, что почти каждый ее фрагмент получал собственное ведомственное объяснение. Лицензия? Роскомнадзор. Земля? Органы имущественного блока. Субсидии? Минфин. Частное ООО? Налоговая тайна. Конфликт интересов? Есть локальные положения ГАУ. Корпоративные решения? Одни принимались до возникновения у региона прямых прав акционера, другие — уже после.

При таком подходе действительно можно исследовать каждый отдельный «прутик» и ни разу не посмотреть на весь веник. А The Penza Post утверждает другое: проверять необходимо не юридическую допустимость каждого отдельного документа, а общий экономический результат их последовательности.

Публичным лицом интеграции выступал генеральный директор государственного ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”» Антон Шаронов. Сам он в конце 2024 года сообщал, что Пензенская область в лице медиахолдинга стала собственником медиаресурсов бывшей частной телерадиокомпании благодаря поддержке областного правительства и губернатора Олега Мельниченко. 

Именно в период этого процесса возникает частное ООО «Медиахолдинг “Наш дом”», практически одноименное с интегрируемой структурой и первоначально зарегистрированное по историческому адресу «Нашего дома». Среди его первоначальных участников появляется Инна Судакова — помощник депутата Шаронова.

В управление исторического АО в тот же период приходит Сергей Долгов, ранее работавший в системе ГАУ «Экспресс». Далее государству переходят телевизионные и радиовещательные лицензии, а уже 19 июля 2024 года между государственным ГАУ и новым частным ООО заключается прямой договор субаренды помещения на Мира, 1А. Именно этот подтвержденный Правительством договор стал для редакции тем недостающим звеном, которое впервые документально связало государственного интегратора и возникшую рядом частную одноименную структуру в самый чувствительный период интеграции. Новый ответ Правительства также зафиксировал, что уведомления о возможной личной заинтересованности Шаронова в Правительство не поступало. 

Сам по себе договор субаренды, разумеется, преступлением не является. Но после его появления уже нельзя говорить, что частное ООО существовало где-то совершенно параллельно и государственный медиахолдинг не имел к нему хозяйственного отношения.

36 миллионов: не платежка, а возможный перенос бизнеса.

Затем появляется финансовый феномен, который следствие теперь просят проверять не публицистикой, а первичной бухгалтерией. Выручка исторического АО «ТРК “Наш дом”» между 2023 и 2024 годами падает примерно на 36,485 млн рублей. Одновременно в сравнительной бухгалтерской отчетности созданного частного ООО за 2024 год возникает 36,429 млн рублей выручки. Разница между этими величинами — порядка 56 тысяч рублей.

Это не означает, что 36 миллионов были одной платежкой переведены из АО в ООО. The Penza Post именно поэтому просит СК проверить более сложную версию: не переносилась ли из старого АО в новую частную структуру сама операционная деятельность — работники, клиенты, договоры, рекламные отношения, производство контента и будущий доходный поток. Бухгалтерская динамика частного ООО и прежде заставляла редакцию ставить этот вопрос.

Дополнительным маркером стал кадровый показатель: в 2024 году у нового общества числилось 13 работников, тогда как далее штат сокращается до одного человека. Редакция не утверждает, что эти 13 работников были переведены непосредственно из АО. Но именно поэтому Следственному комитету предложено взять сведения о персонале трех организаций и сопоставить фамилии, должности и даты увольнения-приема.

Если совпадение подтвердится, это будет уже совсем иной уровень доказательности: речь пойдет не о похожих цифрах в финансовой отчетности, а о возможном переносе функционирующего бизнеса как комплекса людей, договоров и денежного потока.

Земля, долг и еще один круг тех же связей.

Но история не заканчивается медийным бизнесом. Единый земельный массив исторического «Нашего дома» в ходе интеграционного периода был разделен. Одна часть позднее пришла в государственный контур вместе с объектом на Мира, 1А. Второй участок — 58:29:3002003:2919 площадью 1 156 квадратных метров — в декабре 2023 года был передан Хорену Айвазяну в аренду на 15 лет, а позднее подготовлен к продаже с уже существующим долгосрочным обременением.

Редакция по-прежнему не выдает за установленный факт предполагаемое родство Хорена Айвазяна с еще одним помощником депутата Шаронова Артуром Айвазяном и специально попросила следствие установить его документально. Но Артур Айвазян уже появляется в том же корпоративном поле, что Шаронов, через АНО «Сурский Десант». А еще - в "Тренажерогейте"...

И здесь обнаружился еще один финансовый мост. Историческое АО в 2023–2024 годах получило семь процентных займов от Фонда развития детского спорта на общую сумму 7,236 млн рублей. С процентами требование достигло 8 570 023,99 рубля и стало предметом арбитражного дела А49-6263/2025. При этом руководитель фонда Андрей Шеянов в соответствующий период, по имеющимся у редакции сведениям, являлся заместителем Шаронова в ГАУ «Экспресс».

Впоследствии сам фонд оказывается в корпоративном контуре АНО «Сурский Десант» вместе с Шароновым и Айвазяном, а эта же АНО с июня 2025 года владеет 100% частного ООО «Медиахолдинг “Наш дом”».

И наконец появляется арифметика, которую уже трудно не поставить хотя бы на следственную проверку. После предусмотренного мировым соглашением первоочередного платежа остаток требования составлял около 7,713 млн рублей. Начальная цена земельного участка, подготовленного к аукциону, — 7,730 млн рублей. Разница — около 17 тысяч.

Еще раз: арифметическое совпадение не является доказательством заранее подготовленной продажи конкретному лицу. Но оно является более чем достаточным основанием для совершенно понятного следственного вопроса: не существовала ли экономическая связь между формированием долговой нагрузки исторического АО перед связанной через кадровый и последующий корпоративный контур организацией и дальнейшей подготовкой земельного актива к продаже по практически идентичной величине?

И именно поэтому в дополнительном обращении Фишману редакция просит не искать одну волшебную платежку «АО — ООО» или «фонд — Айвазян», а проследить банковское движение между всеми участниками и установить, кто являлся фактическим источником денег и кто должен был получить конечную экономическую выгоду.

Почему копия ушла Бастрыкину.

Заявление в пензенское СУ СК было подано как сообщение о преступлении. Первичное электронное обращение получило номер R58N7174, следом редакция направила дополнение R58N7177 с отдельным требованием сообщить номер регистрации именно сообщения о преступлении и не превращать его в обычное чиновничье обращение. Одновременно председателю СК России Александру Бастрыкину было направлено обращение № 1913028 с просьбой поставить материал на контроль Центрального аппарата.

Это не попытка перепрыгнуть через нового регионального руководителя. Напротив: редакция рассчитывает, что Фишман способен самостоятельно дать материалу процессуальный ход, соответствующий его публично заявленным принципам. Но федеральный контроль нужен именно для того, чтобы сложную фабулу невозможно было постепенно обезвредить привычным административным способом: земельный эпизод отправить одним, налоговый — другим, корпоративный — третьим, а после получить пять ответов об отсутствии нарушений в пределах пяти искусственно очерченных предметов проверки.

Такое разъединение само по себе не обязательно означает противоправную помощь кому-либо. Но объективным результатом процессуального расщепления может стать исчезновение из проверки самого главного — совокупного экономического результата всей интеграции. Именно этого The Penza Post просит не допустить.

Зачем в этой истории директор ФСБ России.

Копия обращения направлена и директору ФСБ России Александру Бортникову. Редакция не утверждает, что в Пензе существует доказанное незаконное влияние Шаронова на правоохранительный блок, и тем более не объявляет установленной какую-либо «организованную коррупционную группу» с выходом на покровителей Шаронова в самых высоких кабинетах. Подобные выводы может делать только следствие после получения доказательств.

Но проверяемая фабула касается руководителя государственного учреждения, который одновременно является депутатом регионального парламента и председателем профильного комитета, государственного имущественного комплекса, финансовых потоков, связанных частных структур и лиц из непосредственного рабочего окружения руководителя интеграции. Шаронов позиционируется в мнениях среди элит как "друг" губернатора и ... "сотрудник ФСБ". О последнем сообщал потерпевшим в "Тренажерогейте"  Евгений Арон, друг Шаронова по Уфе, гражданин Израиля.

Если версия о согласованном использовании должностных полномочий и связанных хозяйственных структур подтвердится, оперативная составляющая такой проверки очевидно выходит далеко за пределы простого бухгалтерского спора двух ООО.

Поэтому федеральному органу безопасности предложено оценить материал в пределах собственной компетенции и, если для этого существуют основания, обеспечить необходимое межведомственное взаимодействие с Следственным комитетом.

Теперь слово за Фишманом.

Для Андрея Фишмана история начинается в Пензе практически с чистого листа. Это важно. Он не принимал прежних решений по «Нашему дому», не отвечал редакции на предыдущие обращения и не участвовал в той ведомственной переписке, в которой земельный вопрос годами жил отдельно от частного ООО, частное ООО — отдельно от ГАУ, ГАУ — отдельно от конфликта интересов, а конфликт интересов — отдельно от странных финансовых совпадений.

Поэтому The Penza Post связывает с приходом нового руководителя не политические ожидания и не заранее назначенный итог уголовного дела, а гораздо более простую вещь — ожидание полноценной процессуальной проверки.

Сам Фишман говорил, что каждое процессуальное действие должно быть направлено на установление истины, а борьба с коррупцией является не кампанией, а повседневной обязанностью. Он же говорил, что статус и связи не должны препятствовать следствию.  Теперь перед его управлением лежит почти лабораторный материал для проверки этих принципов.

Нужно установить, кто принимал решения. Кто подписывал документы. Кто инициировал появление частного одноименного общества в момент государственной интеграции. Откуда возникли его десятки миллионов оборота. Кто составлял его штат. Почему государственный ГАУ заключил с ним договор сразу после перехода вещательных лицензий. Кто инициировал раздел земли. Почему второй участок получил 15-летнее частное обременение. Зачем АО занимало миллионы у фонда из того же кадрово-корпоративного круга. Почему остаток долга практически совпал со стартовой ценой земли. И кто в случае завершения всей конструкции получил бы конечную экономическую выгоду.

Ответить на эти вопросы можно не пресс-релизами и не объяснениями заинтересованных лиц. Для этого существуют банковские выписки, кадровые базы, договоры, карточки бухгалтерских счетов, электронная переписка, протоколы органов управления, сведения налогового органа, регистрационные дела и финансово-экономическая экспертиза.

Именно их The Penza Post просит истребовать Следственный комитет самостоятельно. Потому что, если новый руководитель пензенского СК действительно намерен следовать собственному принципу «ни должность, ни связи не могут быть препятствием для следствия», кейс «Нашего дома» дает ему возможность продемонстрировать это без всяких деклараций. Достаточно просто проверить его целиком. Полный текст заявления - ЗДЕСЬ.

От редакции: изложенные в материале взаимосвязи, сопоставления финансовых показателей и возможные экономические сценарии являются журналистской версией, переданной компетентным органам для проверки. Редакция не утверждает совершение А.А. Шароновым, А.В. Айвазяном либо иными упомянутыми лицами преступления, получение ими денежных средств АО или статус конечных выгодоприобретателей соответствующих операций до установления таких обстоятельств уполномоченными органами.