Два «Наших дома»: пока старое АО теряло десятки миллионов, частный клон рос в контуре Шаронова. Теперь его бухгалтерия требует объяснений

История «Нашего дома» постепенно приобретает занятную бухгалтерскую особенность: юридических лиц два, название практически одно, а экономические графики в период так называемой интеграции ведут себя так, будто один хозяйственный центр - Леонида Чернева, постепенно выключали, а рядом включался другой - из контура Антона Шаронова, главинтегратора наследия 11 канала по указанию губернатора.

Есть историческое АО «ТРК “Наш дом”» — собственно предприятие 11 канала, с его многолетней историей, медиаресурсами, имуществом, договорной базой и привычным для Пензы брендом.

И есть ООО «Медиахолдинг “Наш дом”», зарегистрированное 30 ноября 2023 года — уже в период публично объявленной интеграции медиаресурсов 11 канала с государственным ГАУ ПО «Медиахолдинг “Экспресс”».

Юридически это, конечно, разные организации. Но назвать их совершенно посторонними друг другу не получается даже при большом желании.

При создании частного ООО 25% его долей принадлежали самому АО «ТРК “Наш дом”», еще 25% — Инне Судаковой, помощнику депутата Антона Шаронова в ЗС. Позднее, с июня 2025 года, владельцем 100% ООО становится АНО «Сурский Десант», среди учредителей которой в открытых регистрационных данных фигурируют сам Шаронов, и второй его помощник в ЗС Артур Айвазян, и Фонд развития детского спорта. Сейчас ООО продолжает действовать, его единственным участником является АНО. 

ЕЩЕ ЧИТАЙТЕ: Чиновничий пинг-понг вокруг земли «Нашего дома»: все не при делах, а договор как-то... подписался сам? Да, Павел Сергеевич?

Поэтому выражение «частный клон» в этой истории имеет вполне материальную основу: почти идентичное название, медиапрофиль, первоначальная доля самого АО, участие помощника руководителя интегрирующего государственного медиахолдинга, а затем переход всего общества в юридический контур АНО, одним из учредителей которого является тот же Шаронов.

Именно Шаронов при этом возглавляет ГАУ ПО «Медиахолдинг “Экспресс”», куда публично интегрировались медиаресурсы 11 канала. Его статус руководителя ГАУ и одновременно председателя профильного комитета Законодательного собрания по государственному строительству, местному самоуправлению и информационной политике подтверждается и региональными нормативными актами 2026 года. 

Отдельного внимания заслуживает кадровое сопровождение самой интеграции. По имеющимся у редакции данным, на ее начальном этапе в руководство АО «ТРК “Наш дом”» был введен Долгов — сотрудник ГАУ ПО «Медиахолдинг “Экспресс”», находившийся в служебном подчинении Антона Шаронова. То есть в момент, когда историческое АО должно было передавать медиаресурсы в государственный холдинг, управленческая связь между передающей и принимающей сторонами была не абстрактной: представитель структуры Шаронова оказался непосредственно внутри руководства самого АО.

Сам по себе этот кадровый переход не свидетельствует о нарушении закона, однако при проверке финансовых и договорных потоков он имеет принципиальное значение, поскольку позволяет установить, кто именно в переходный период обладал доступом к управленческим решениям, договорам, дебиторской задолженности, контрагентам и иной хозяйственной информации АО.

В декабре 2024 года самим Шароновым публично было объявлено, что объединение завершено: телеканал «Наш дом», «Радио 101.8» и «Европа плюс Пенза» вошли в государственный медиахолдинг «Экспресс».  И вот здесь бухгалтерия становится значительно интереснее административных речей об интеграции.

Старое АО теряет выручку — новое ООО ее получает.

Важно сразу отделить установленный бухгалтерский факт от версии, которая требует проверки. Редакция не располагает банковской выпиской, показывающей прямой перевод 36 млн рублей со счета АО на счет частного ООО. И утверждать такой перевод было бы неправильно.

Но прямого платежа АО → ООО вообще не требуется, чтобы из одного хозяйственного контура в другой переместилась экономическая деятельность. Достаточно, например, чтобы туда перешли заказчики, рекламные договоры, договоры на производство контента, права требования, агентские отношения либо будущие денежные потоки.

А цифры именно такой вопрос поставить позволяют. По бухгалтерской отчетности выручка АО «ТРК “Наш дом”» в 2023 году составляла около 42,446 млн рублей, а в 2024 году — лишь около 5,961 млн. Выпадение — примерно 36,485 млн рублей.

У частного ООО «Медиахолдинг “Наш дом”» за тот же 2024 год в первоначально сданной отчетности была указана выручка 34,625 млн рублей. Однако в отчетности уже за 2025 год сравнительная величина выручки ООО за тот же 2024-й была показана иначе — 36,429 млн рублей.

Разница между выпавшей годовой выручкой старого АО — около 36,485 млн — и позднее отраженной выручкой частного ООО — 36,429 млн — составляет около 56 тыс. рублей.  Это не математическое доказательство перетока. Но для аудитора, прокурора или финансового контролера это тот тип совпадения, после которого надо не рассуждать о случайностях, а положить рядом два реестра контрагентов и посмотреть: кто платил АО до интеграции и кому те же самые заказчики начали платить после появления ООО.

Потому что деньги могут никогда физически не переходить из АО в ООО. Может перейти то, что деньги производит.

К 2025 году старый «Наш дом» уже выглядит совсем иначе.

Свежие финансовые данные АО хорошо показывают итог процесса. По отчетности за 2025 год доход АО составляет около 7,77 млн рублей, чистый результат — убыток примерно 2,43 млн, капитал — около 2,75 млн рублей. Активов при этом остается примерно на 44,73 млн рублей.

То есть юридическая оболочка и имущественная масса сохраняются, но прежней медийной экономики внутри АО уже практически не видно.

По открытым данным основной деятельностью АО теперь является управление и аренда недвижимости, а не производство телевизионного продукта.  Получается достаточно своеобразный результат «интеграции»: медиаресурсы объявлены вошедшими в государственный ГАУ, а историческое юридическое лицо 11 канала остается в основном с имущественным контуром.

Но параллельно существует другое — частное — юридическое лицо с названием «Медиахолдинг “Наш дом”». И его бухгалтерия выглядит не менее занимательно.

1,895 млн превратились в 24,8 млн.

31 марта 2025 года ООО представило отчетность за 2024 год. В ней значилось:
выручка — 34,625 млн рублей;
активы — всего 1,895 млн рублей;
кредиторская задолженность — 2,138 млн рублей;
чистая прибыль — 9 тыс. рублей.   

Получалась довольно необычная частная медиакомпания: через нее за год проходит больше 34 млн рублей выручки, однако к концу года имущества и иных активов остается меньше двух миллионов.

Проходит еще год. 31 марта 2026 года ООО сдает отчетность за 2025-й, в которой обязано показать сравнительные данные за предыдущий год. И тот же самый 2024 год внезапно выглядит уже совершенно иначе.
Активы на 31 декабря 2024 года теперь указаны не 1,895 млн, а 24,8 млн рублей.
Возникает 22,106 млн рублей дебиторской задолженности. Кредиторская задолженность вместо 2,138 млн становится 23,538 млн рублей. 

Только по величине активов сравнительная бухгалтерская картина одного и того же предприятия на одну и ту же дату увеличилась на 22,905 млн рублей. Сам по себе ретроспективный пересчет бухгалтерской отчетности закон допускает. Существенная ошибка прошлых периодов может быть исправлена.

Но тогда должна существовать вполне прозаическая первичка, которая отвечает на вопрос: что именно на двадцать с лишним миллионов раньше не было отражено и откуда оно появилось в пересчитанном балансе? И здесь начинается самое интересное.

Не камеры, не студия и не бренд. Долги.

На конец 2025 года частное ООО показывает активы уже на 27,021 млн рублей.
Но почти все они — не недвижимость, не телевизионная техника и даже не права на медиабренд.
26,218 млн рублей из 27,021 млн всех активов — дебиторская задолженность.
Основные средства — ноль.
Нематериальные активы — ноль.
Денег на расчетных счетах — около 21 тыс. рублей.   
С другой стороны баланса находится почти зеркальная величина: 26,845 млн рублей краткосрочной кредиторской задолженности. Причем внутри дебиторки 12,601 млн рублей проходят как расчеты с «разными дебиторами и кредиторами», а внутри кредиторки по той же широкой бухгалтерской категории отражено 14,178 млн рублей.   

Финансово это уже выглядит не столько как медиапредприятие с собственной производственной базой, сколько как расчетный узел, в котором почти вся стоимость заключена во взаимных требованиях и обязательствах перед неизвестными из публичной отчетности контрагентами.
Кто эти дебиторы?
Кто эти кредиторы?

Есть ли среди них АО «ТРК “Наш дом”», бывшие рекламодатели 11 канала, ООО «Максим», ГАУ «Экспресс», структуры из связанного корпоративного контура или компании, которые прежде заключали договоры непосредственно со старым АО?
Ответа опубликованный баланс не дает. Но именно ответ на этот вопрос способен показать реальную экономику «интеграции».

Три миллиона «на остановках».

Есть в свежей отчетности ООО еще одна выразительная деталь. Общая бухгалтерская выручка общества за 2025 год — 3,150 млн рублей. Из них 3,040 млн рублей, то есть примерно 96,5% всей выручки, сама компания расшифровала показателем «реклама на остановках».   

При этом администрация Пензы официально ответила редакции: торги на право установки и эксплуатации рекламных конструкций на остановочных павильонах не проводились, разрешения на установку и эксплуатацию таких конструкций каким-либо лицам, в том числе ООО «Медиахолдинг “Наш дом”», не выдавались.

Это не позволяет автоматически объявить 3,04 млн рублей фиктивной выручкой. Возможно, бухгалтерская аналитика названа неточно; возможно, существовала иная договорная модель, не связанная с эксплуатацией рекламных конструкций самим ООО.
Но тогда вопрос становится еще проще: кто заплатил эти три миллиона, за какую конкретно услугу и на основании каких договоров и актов? И почему практически вся выручка частного медиахолдинга в 2025 году получила такое бухгалтерское наименование?

ФНС: сведения получили, но раскрывать не будут.

Есть в этой истории и еще один официальный адресат — налоговая служба. Редакция направляла в УФНС России по Пензенской области сведения по ООО «Медиахолдинг “Наш дом”». В ответе от 8 октября 2026 года налоговое управление не стало ни подтверждать, ни опровергать обстоятельства, изложенные журналистами. ФНС сослалась на режим налоговой тайны и прямо указала, что сведения в отношении ООО с ИНН 5800000922 не относятся к общедоступным и потому не могут быть предоставлены третьим лицам.  

При этом обращение не было отброшено как беспредметное. Управление сообщило, что информация, поступающая в налоговые органы из внешних и внутренних источников, используется в служебных целях, а редакции предложено направить дополнительные сведения и документы, если они имеются. В завершение УФНС отдельно поблагодарило за уже представленные сведения.

Таким образом, к бухгалтерским аномалиям частного ООО теперь добавляется еще одна особенность: муниципалитет не подтверждает правовую инфраструктуру заявленной «остановочной» рекламы, а налоговый орган, получивший сведения редакции, содержательно комментировать их отказался. Это не доказательство нарушения. Но это еще один аргумент в пользу проверки хозяйственной цепочки целиком, а не отдельных ее фрагментов. Не так ли, уважаемый Сергей Владимирович?

В этой истории нельзя проверять ООО отдельно от АО.

Именно здесь, на наш взгляд, проходит принципиальная граница между формальной проверкой и проверкой по существу. Если прокурор запросит только ответ: «Перечисляло ли АО “ТРК ‘Наш дом’” деньги непосредственно на счет ООО “Медиахолдинг ‘Наш дом’”?» — и получит ответ «нет», это почти ничего не объяснит.

Экономическую стоимость можно переместить без единой платежки между этими двумя компаниями.
Можно перевести заказчика.
Можно передать договор.
Можно уступить право требования.
Можно изменить получателя будущей выручки.
Можно провести зачет.
Можно использовать посредника.
Можно оставить имущество в одном юридическом лице, а коммерческую эксплуатацию медиаресурса организовать в другом.

Именно поэтому АО должно проверяться не просто как отдельное предприятие, а на всем временном отрезке его интеграции в государственный «Экспресс».

Нужно сопоставить договорную базу АО до начала интеграции с договорной базой ООО после его возникновения; установить, какие заказчики исчезли из АО и появились в ООО; раскрыть происхождение 22–26 млн рублей дебиторки частной фирмы; установить ее кредиторов; проверить цессии, переводы долга, зачеты, агентские соглашения и расчеты через третьих лиц.
Только после этого можно будет ответить на главный вопрос: произошло ли в ходе государственной интеграции обычное перераспределение функций или вместе с медиаресурсами была перенастроена сама экономика 11 канала так, что доходный поток оказался в частном контуре, связанном с людьми, находившимися рядом с руководителем интеграции?

Шаронов здесь не посторонний наблюдатель.

Именно поэтому фамилия Антона Шаронова появляется в этой истории не ради политической декоративности. Он руководит государственным ГАУ, в которое публично интегрировался 11 канал. При создании частного ООО его помощница Судакова получила в нем 25%. Позднее все ООО перешло АНО «Сурский Десант», в числе учредителей которого фигурируют сам Шаронов и другой его помощник — Артур Айвазян. 

Это не доказывает, что Шаронов лично получил деньги АО, управлял банковскими счетами ООО или являлся конечным выгодоприобретателем какой-либо конкретной операции. Но утверждать после этого, что ООО, АО и руководитель государственного интегратора находятся в совершенно независимых хозяйственных мирах, тоже было бы несколько смело.

Тем более когда финансовая хронология выглядит следующим образом: в старом АО резко исчезает десятками миллионов прежняя выручка; практически одновременно десятки миллионов выручки появляются в одноименном частном ООО; затем сравнительный баланс этого ООО задним числом обрастает более чем двадцатью миллионами требований и обязательств; а к 2025 году мы видим уже две экономически выхолощенные конструкции — АО с имущественным остатком вместо прежнего телебизнеса и ООО, у которого почти весь баланс состоит из чужих долгов ему и его долгов другим.

Не приговор. Бухгалтерская задача для прокурора.

The Penza Post не утверждает, что описанные обстоятельства сами по себе доказывают хищение, вывод денежных средств либо совершение Антоном Шароновым или иными лицами преступления. Но после появления бухгалтерской отчетности за 2025 год вопрос уже невозможно свести к журналистской эмоциональности.

Перед нами два почти одноименных предприятия, соединенных корпоративной историей и одним процессом государственной интеграции. Перед нами документально фиксируемое резкое падение экономики одного предприятия и столь же резкое возникновение многомиллионного оборота у другого. Перед нами последующее изменение сравнительных показателей частного общества более чем на 20 млн рублей. Перед нами десятки миллионов нераскрытых дебиторских и кредиторских расчетов.

И перед нами руководитель государственного медиахолдинга, который публично вел процесс интеграции и одновременно оказывается в учредительном контуре организации, ныне владеющей 100% частного «Нашего дома».

Здесь уже требуется не очередное ведомственное письмо о том, что сведений о прямом перечислении денег из АО в ООО “не имеется”. Требуется реконструкция хозяйственного движения: договор за договором, заказчик за заказчиком, право требования за правом требования, платеж за платежом.

Потому что если государство действительно интегрировало 11 канал ради его сохранения, оно должно быть способно документально показать, что именно было интегрировано в государственный контур — и что именно в этот момент оказалось в частном.

Именно этот вопрос теперь The Penza Post ставит перед прокуратурой Пензенской области. И - СК.

ЕЩЕ ЧИТАЙТЕ: Следователя пензенского СК Харлана в суде не было. Судью Воронину это не заинтересовало. Теперь на его вопросы придется отвечать судебной системе

«Важен не только вынесенный приговор, но и возмещение причинённого ущерба. Это также является проявлением юридической и экономической справедливости. Мы руководствуемся принципом, что должность предполагает ответственность, а не дает иммунитет». Знаете, чьи это слова? Нового начальника следственного управления Следственного комитета РФ по Пензенской области Андрея Фишмана. Также он говорил СМИ, что ни должность, ни связи не могут быть препятствием для следствия. За год с небольшим в Кабардино-Балкарии, где он возглавлял следственное управление передано в суд более 70 дел по коррупции и экономическим преступлениям, что на четверть больше, чем в 2024 году. Следственное управление под руководством Андрея Фишмана также арестовало имущество на более чем 450 млн рублей, по официальным данным из них 350 миллионов было возвращено в бюджет государства. Перед судом предстали лица, обвиняемые в злоупотреблении должностными полномочиями, служебном подлоге, взяточничестве и мошенничестве в крупных размерах. Интересно, как пойдут дела в Пензе? Примечательно, что в Кабардино-Балкарии Фишман отработал лишь небольшую часть срока своих полномочий, и спустя недолгое время его направили в наш регион. Как известно до назначения в Кабардино-Балкарию он работал в центральном аппарате СК в Москве, где с 2021 по 2024 год был руководителем шестого отдела управления контроля за следственными органами ГСУ, а в 2024-2025 годах работал в должности руководителя пятого отдела управления контроля за следственными органами ГСУ ведомства.

От редакции. Все упомянутые в публикации лица и организации рассматриваются исключительно в связи с их публичной, служебной, управленческой и хозяйственной деятельностью, имеющей общественное значение. Приведенные финансовые показатели основаны на официальной бухгалтерской отчетности юридических лиц и ответах органов власти. Сопоставление показателей АО «ТРК “Наш дом”» и ООО «Медиахолдинг “Наш дом”», а также выводы о возможной взаимосвязи хозяйственных процессов являются редакционным анализом и версией, требующей проверки компетентными органами. Используемые в материале выражения «клон», «частный контур», «переток», «аффилированность», «вывод экономической стоимости» применяются в журналистском и аналитическом смысле и сами по себе не означают установления юридического факта аффилированности, хищения, вывода денежных средств либо совершения какого-либо преступления. Редакция не утверждает, что Антон Шаронов либо иные упомянутые лица совершили преступление, получили денежные средства АО или являлись конечными выгодоприобретателями конкретных операций. Такие обстоятельства могут быть установлены только уполномоченными государственными органами и судом на основании полного объема документов. The Penza Post готов опубликовать мотивированную позицию всех упомянутых лиц и организаций, а также документы, способные объяснить выявленные в публикации бухгалтерские и хозяйственные расхождения.