«Наш дом» для государства, земля — для Айвазяна? Почему и для кого Желтый дом сохраняет 15-летнюю аренду актива Чернева в орбите интегратора Шаронова

К настоящему моменту Пензенская область уже получила полный корпоративный контроль над исторической телерадиокомпанией, однако земельный участок Мира, 1В по-прежнему обременен пятнадцатилетней арендой в пользу Хорена Айвазяна, который, согласно подписанным дополнительным соглашениям, обязался построить на нем капитальную автомойку, так и не появившуюся, по данным прокуратуры, на отведенной территории, тогда как региональная власть до сих пор не объяснила пензенцам, почему столь значимый актив наследия Леонида Чернева продолжает находиться в долгосрочном пользовании частного предпринимателя из семьи помощника самого депутата-интегратора, и какие решения предполагается принять для защиты имущественных интересов области.

The Penza Post задает губернатору Олегу Мельниченко, руководству Правительства Пензенской области, прокуратуре и самому Антону Шаронову принципиальный вопрос: почему исторический медиаресурс интегрировали под публично заявленной Олегом Мельниченко целью его сохранения для земляков-пензенцев, а один из наиболее привлекательных, лакомых имущественных активов этой интеграции продолжает обслуживать долгосрочное частное право пользования из контура госстроителя Шаронова через его помощника в ЗС Айвазяна, законность, экономическая целесообразность и возможная заинтересованность участников которого так и не получили исчерпывающего публичного объяснения? Не войдя в казну субъекта.

Землю отдали Айвазяну. Автомойку вписали в договор. Автомойки нет.

14 декабря 2023 года ЗАО «ТРК „Наш дом“» в лице генерального директора Сергея Долгова заключило с индивидуальным предпринимателем Хореном Ванушевичем Айвазяном, предположительно родным братом помощника госстроителя Шаронова - Артуром Айвазяном, договор аренды земельного участка №2919 на 15 лет. Ежемесячная арендная плата составила 31 250 рублей, или 375 тысяч рублей в год.

Уже 28 декабря 2023 года стороны подписали дополнительное соглашение №1, изменившее назначение участка на размещение и строительство капитального объекта — автомойки. Более того, соглашение не ограничилось разрешением на строительство: в договор были включены обязанности арендатора подготовить проектную документацию, получить разрешение на строительство и за собственные денежные средства осуществить возведение объекта. Дополнительное соглашение №2 от 7 февраля 2024 года повторно конкретизировало строительные обязательства и необходимость соблюдения проектной и разрешительной документации, а приложенные к договорному массиву чертежи показывают, что стороны обсуждали вполне определенный капитальный объект, а не гипотетическую возможность когда-нибудь что-нибудь построить.

Между тем в ответе прокуратуры Пензенской области от 11 августа 2026 года, ранее изученном и опубликованном The Penza Post, указано, что автомойка на участке не построена, строительство не осуществляется, а фактически территория используется как автомобильная парковка. При этом надзорное ведомство сообщило об отсутствии задолженности по арендной плате и не усмотрело оснований для расторжения договора, не представив публично такого анализа строительных обязательств и фактического использования участка, который позволял бы снять все возникающие вопросы.

Редакция специально обращает внимание на юридическую деталь: в имеющихся соглашениях не указан конкретный календарный срок завершения строительства, а потому отсутствие автомойки само по себе еще не означает автоматически доказанного существенного нарушения договора. Однако отсутствие даты окончания работ вовсе не превращает строительные обязанности в бессрочную фикцию, не исключает требований об их исполнении и не освобождает арендодателя от возможности проверить добросовестность арендатора, документальное состояние проекта, разрешительную документацию и соответствие фактического использования земли условиям соглашений.

Почему государственно контролируемое АО не предъявило обществу результаты проверки исполнения пунктов 3.2.8 и 3.2.9 договора? Получены ли предусмотренные соглашениями строительные документы, кто устанавливал разумные сроки выполнения обязательств, направлялись ли Айвазяну требования о надлежащем исполнении и почему прокуратура, установившая отсутствие строительства и наличие парковки, не объяснила подробно, каким образом эти обстоятельства соотносятся с конкретными обязанностями арендатора?

Интегратор и должностное лицо Шаронов и фамилия Айвазян: совпадение, которое власть обязана проверить.

Здесь история перестает быть исключительно спором о земле и строительстве, поскольку в материалах The Penza Post уже неоднократно фигурировал Артур Ванушевич Айвазян, помощник депутата Антона Шаронова и участник связанного с его окружением организационного контура. Арендатор участка Хорен Ванушевич Айвазян имеет совпадающие с ним фамилию и отчество; редакция ранее выдвигала версию об их родстве, однако первичный документ, официально подтверждающий степень родства, в опубликованном массиве отсутствует, поэтому устанавливать ее как доказанный факт было бы преждевременно.

Но даже без окончательного ответа на вопрос о родстве обстоятельства заслуживают проверки. Государственный руководитель Шаронов публично сопровождает интеграцию исторического медиаресурса, ранее работавший в ГАУ «Экспресс» Сергей Долгов становится руководителем ТРК «Наш дом» и подписывает пятнадцатилетний договор аренды, а получателем долгосрочного права использования одного из участков исторического медиакомплекса оказывается предприниматель, возможная связь которого с помощником того же депутата и главного госстроителя публично обсуждается уже не первый месяц.

Это не доказательство личной заинтересованности Шаронова, незаконного участия в сделке или получения им имущественной выгоды, однако это последовательность кадровых, имущественных и договорных обстоятельств, которая требует не формального перечисления полномочий ведомств, а проверки реального порядка принятия решений.

Знал ли Антон Шаронов о подготовке и подписании договора аренды от 14 декабря 2023 года, участвовал ли непосредственно либо через иных лиц в обсуждении судьбы участка Мира, 1В, сообщал ли о возможной личной заинтересованности, если таковая имелась, и проводило ли Правительство независимую проверку обстоятельств предоставления земли предпринимателю, предположительно связанному с его ближайшим депутатским окружением?

Пока нет ответов на эти вопросы, нельзя считать исследованным возможный конфликт интересов в процессе интеграции. При этом нельзя и утверждать, что участок принадлежит Шаронову либо Айвазяну на праве собственности: согласно имеющимся справочным регистрационным сведениям, собственником остается историческая ТРК «Наш дом», а Айвазян обладает договорным правом пользования, которое может иметь самостоятельную экономическую ценность.

Область уже владеет телерадиокомпанией. Почему земля не возвращается непосредственно в казну?

Самая существенная часть истории начинается после того, как регион перестал быть только политическим куратором интеграции и получил формальные корпоративные инструменты управления активом. По официальному ответу Правительства от 13 октября 2026 года, еще 15 сентября 2025 года Пензенская область приняла в собственность 100% ООО «Максим», являвшегося единственным акционером ТРК «Наш дом», причем от имени собственника в отношении «Максима» выступало государственное учреждение «Медиахолдинг „Экспресс“». Затем, 19 июня 2026 года, область получила прямое владение акциями самой телерадиокомпании.

Таким образом, после сентября 2025 года нельзя оценивать решения внутри ООО «Максим» и АО «ТРК „Наш дом“» в полном отрыве от государственного корпоративного контроля, хотя это, разумеется, не означает автоматического перехода всех активов хозяйственного общества в областную собственность. Закон различает имущество акционерного общества и имущество его акционера, поэтому оформление участка непосредственно за Пензенской областью требует самостоятельных правовых оснований, решений и учета интересов кредиторов.

Но если эта юридическая конструкция объясняет, почему земля автоматически не оказалась в казне, то она совершенно не объясняет, почему областные органы управления до сих пор не предъявили ясной стратегии относительно участка, который государство контролирует через принадлежащие ему акции.

Еще 23 марта 2026 года ООО «Максим» как единственный акционер ТРК «Наш дом» одобрило продажу участка №2919 по начальной цене 7,73 млн рублей. Весной была запущена процедура электронных торгов, впоследствии остановленная после публичного освещения земельной истории. Редакция не утверждает, что публикации стали доказанной причиной отмены аукциона, однако сама последовательность событий бесспорна: решение о продаже существовало, торговая процедура была начата, а затем прекращена.

Теперь же возникает дополнительный вопрос, на который у власти должен быть совершенно определенный документальный ответ: отменено ли корпоративное решение от 23 марта 2026 года о продаже земли или после снятия аукциона оно продолжает существовать как нереализованное решение о возможном отчуждении актива?

По справочному отчету о переходе прав от 21 октября 2026 года, собственником участка с кадастровым номером 58:29:3002003:2919 по-прежнему значится ТРК «Наш дом», а переход права собственности непосредственно к Пензенской области не зарегистрирован. Поскольку речь идет о стороннем информационном отчете, а не официальной выписке Росреестра, окончательное юридическое подтверждение статуса требует получения актуальных сведений ЕГРН, однако уже имеющийся документ ставит перед региональной властью прямой вопрос о судьбе публично значимого земельного актива.

Почему Правительство, которое получило полный корпоративный контроль над ТРК «Наш дом», не инициирует документально оформленное решение о дальнейшем использовании земли в интересах области, как обещал своим землякам сам Олег Мельниченко, не объясняет сохранение пятнадцатилетней аренды Айвазяна и не рассматривает публично возможные основания для ее прекращения либо изменения?

Земля государственно контролируемая, право пользования частное. Кто получает экономическую выгоду?

Пятнадцатилетняя аренда — это не формальная строчка в документах. Такое право способно пережить смену собственника земли, поскольку статья 617 Гражданского кодекса РФ в общем случае сохраняет арендные отношения при переходе права собственности на сданное имущество, а значит, даже непосредственное оформление участка за Пензенской областью не обязательно освободило бы его от обязательств перед Айвазяном.

В результате государство может получить юридический титул собственника, но продолжить терпеть существование долгосрочного частного права использования, содержание и экономические последствия которого определяются соглашениями, заключенными еще в декабре 2023 года. Именно поэтому предметом проверки должен стать не только вопрос о передаче земли в казну, но и вопрос об экономическом содержании самой аренды.

По имеющемуся договору ежегодная плата составляет 375 тысяч рублей, что за пятнадцать лет дает номинально 5,625 млн рублей без учета возможных пересмотров ставки, инфляции, налоговых последствий и других платежей. При этом кадастровая стоимость участка по справочным данным составляет около 8,047 млн рублей, а начальная цена несостоявшейся продажи определялась в размере 7,73 млн рублей. Эти показатели нельзя механически сопоставлять как доказательство занижения арендной платы, поскольку оценка права собственности и оценка временного пользования различаются, однако отсутствие представленной обществу рыночной оценки условий аренды не позволяет понять, насколько рациональной была такая сделка для телерадиокомпании.

Если фактическая парковка используется третьими лицами, необходимо установить, кто организует ее эксплуатацию, взимается ли плата, кто получает возможный доход, какие хозяйственные отношения существуют между арендатором, телерадиокомпанией и пользователями парковки. Если же парковка является бесплатной и обслуживает сам медиакомплекс, возникает не менее интересный вопрос: какую экономическую и производственную необходимость удовлетворяет присутствие частного арендатора между собственником земли и ее фактическими пользователями?

Именно здесь следует проверять возможное частное извлечение экономической стоимости из имущества государственно контролируемого общества, не подменяя необходимую проверку готовым утверждением о доказанном выводе активов.

Прокуратура идет в суд за «Володарку». Почему договор Айвазяна остается без судебной оценки?

Отдельного внимания заслуживает правоприменительная позиция прокуратуры Пензенской области, поскольку в земельной истории санатория имени Володарского надзорный орган обратился в суд с требованиями об оспаривании сделок, затрагивающих имущественные интересы региона. Ситуации юридически различаются: в одном случае поставлена под сомнение законность отчуждения земли, в другом необходимо оценивать законность, условия и исполнение долгосрочной аренды, поэтому автоматически переносить основания одного иска на другой участок невозможно.

Однако различие правовых оснований вовсе не исключает вопроса о последовательности надзорной деятельности, тем более что в истории участка Мира, 1В сама прокуратура, согласно ее ответу от 11 августа 2026 года, установила отсутствие предусмотренной договором автомойки и фактическое использование земли под парковку.

Почему результаты этой проверки не привели хотя бы к публично известной процедуре оценки исполнения строительных обязательств? Истребовала ли прокуратура все дополнительные соглашения, в том числе документ от 7 февраля 2024 года, проверяла ли наличие проектной документации и разрешения на строительство, устанавливала ли условия эксплуатации парковки, исследовала ли действия арендодателя и возможный конфликт интересов при передаче участка на пятнадцать лет?

Гражданский кодекс допускает предъявление требования об исполнении обязательства, срок которого прямо не определен, а также судебное расторжение аренды при предусмотренных законом существенных нарушениях. Для долгосрочной аренды земли действуют специальные гарантии арендатора, поэтому отсутствие автомойки само по себе еще не обеспечивает положительное судебное решение, но не препятствует проведению полноценной проверки, направлению правомерных требований об исполнении обязательств и оценке перспектив судебного спора.

Если в случае «Володарки» прокуратура нашла основания обратиться в суд для защиты публичных имущественных интересов, то какие конкретно обстоятельства мешают ей дать столь же предметную правовую оценку договору Айвазяна, результатам его исполнения и решениям руководителей общества, контролируемого Пензенской областью?

Редакция не предлагает расторгать договор без установленных законом оснований. Редакция требует показать, были ли такие основания надлежащим образом исследованы и почему письменное заключение об их отсутствии должно считаться исчерпывающим, если строительные обязательства и экономическая логика пятнадцатилетней аренды продолжают вызывать обоснованные вопросы.

Где документальное завершение интеграции?

Когда интеграция исторического медиаресурса связывалась с поддержкой губернатора Олега Мельниченко, ее публичный смысл заключался в сохранении «Нашего дома» и его ресурсов в государственном медиаконтуре. Однако сохранение медиаресурса и непосредственная передача каждого объекта недвижимости в казну не являются юридически тождественными обязательствами, и потому редакция считает необходимым установить, существовало ли отдельное письменное решение губернатора либо Правительства о передаче всего земельного комплекса в областную собственность.

При отсутствии такого решения власть тем более обязана объяснить обществу, какой именно конечный результат предполагала программа интеграции, почему земельный массив был разделен еще в 2023 году, по чьей инициативе один из его участков оказался обременен долгосрочной арендой в частных интересах лиц из контура интегратора и должностного лица Шаронова, и почему государственный собственник спустя годы так и не представил убедительного объяснения этой конструкции.

Может ли сохраняющаяся долгосрочная аренда объективно создавать преимущества частному предпринимателю за счет ограничения свободы хозяйственного распоряжения активом государственно контролируемой организации? Да, такой вопрос правомерен и требует экономической оценки. Доказывает ли это наличие коррупционной сделки между Шароновым, Айвазяном и должностными лицами региона? Нет, поскольку для такого вывода необходимы установление конкретных связей, личной заинтересованности, участия в принятии решений и полученной выгоды.

Но именно отсутствие опубликованных результатов подобной проверки и делает земельный эпизод одним из самых серьезных вопросов ко всей модели интеграции.

Редакция обращается к губернатору Олегу Мельниченко, руководству Правительства Пензенской области, региональному Минимуществу, прокуратуре и Следственному комитету с требованием дать документально проверяемые ответы: кто инициировал раздел исходного участка Чернева, кто согласовал передачу одной из образованных частей в пятнадцатилетнюю аренду Айвазяну, проверялись ли возможные связи предпринимателя с окружением Шаронова, кем и почему одобрялась последующая продажа уже обремененной земли, отменено ли решение о продаже, исполняются ли строительные обязательства арендатора и какое конечное имущественное решение принято государством сегодня.

Особую остроту этим вопросам придает и публичный образ Антона Шаронова, которого в отдельных информационных пабликах настойчиво представляют как «друга» губернатора Олега Мельниченко. Подобное позиционирование на фоне остающихся без исчерпывающего объяснения имущественных решений в пользу частного интереса лиц из контура "друга" неизбежно порождает уже вопросы к самому главе региона: насколько самостоятельно принимались решения вокруг активов «Нашего дома», исключалась ли возможная личная заинтересованность участников интеграции и осознает ли сама региональная власть, что публичные разговоры о ее предполагаемой близости с Шароновым наносят репутационный ущерб главе губернии, если обстоятельства передачи и последующего использования земли так и останутся без убедительной правовой и документальной оценки?

АКТУАЛЬНО: От Роскомнадзора и Сердобска до БашГУ, «Тренажерогейта» и 11 канала: антирепутационный кейс председателя профильного комитета Заксобрания в Пензе стал опасным и для государства, и для самого Мельниченко - мнение

Пока таких ответов нет, формальное объяснение, что участок юридически принадлежит акционерному обществу и что арендодатель вправе самостоятельно распоряжаться своим имуществом, не снимает центрального противоречия: область контролирует общество, но общество продолжает быть стороной договора, который на пятнадцать лет предоставил частному предпринимателю право использования части исторического медиакомплекса.

Если интеграция наследия Леонида Чернева проводилась в интересах пензенцев, покажите, каким решением эти интересы обеспечены применительно к участку Мира, 1В. Если аренда Айвазяна экономически выгодна и юридически безупречна, предъявите оценку, условия, документы об исполнении обязательств и результаты проверки возможного конфликта интересов. Если нарушения есть, объясните, почему до сих пор не использованы законные механизмы их устранения.

Пензенцам нужен не очередной ответ о том, кто из чиновников формально не принимал того или иного решения, а проверяемый ответ на главный вопрос: кто сегодня действительно определяет судьбу земли исторического «Нашего дома», кто получает выгоду от действующей конструкции и почему государство, ставшее единственным акционером телерадиокомпании, не поставило в этой истории документально подтвержденную точку? 

ЕЩЕ ЧИТАЙТЕ: От поручения Мельниченко до аукциона земли: дорожная карта «Нашего дома» и вопросы к Шаронову, Правительству, надзору и депутатской этике

От редакции The Penza Post.

Настоящий материал представляет собой журналистское расследование, основанное на официальных ответах государственных органов, корпоративных и регистрационных сведениях, договорах, дополнительных соглашениях и иных документах, имеющихся в распоряжении редакции. Изложенные обстоятельства, аналитические оценки, версии о возможной заинтересованности участников имущественных отношений и поставленные редакцией вопросы не являются утверждением о совершении конкретными лицами преступлений либо иных противоправных действий. Предположения о личных, родственных, деловых и иных связях, не подтвержденные надлежащими документами, рассматриваются исключительно как обстоятельства, требующие независимой проверки уполномоченными органами. Упоминание должностных лиц, включая губернатора Олега Мельниченко и депутата Антона Шаронова, обусловлено их публичными полномочиями и необходимостью установления обстоятельств принятия управленческих решений. В соответствии со статьей 49 Конституции РФ действует презумпция невиновности. Редакция исходит из общественной значимости вопросов сохранности государственного имущества, предотвращения конфликта интересов и прозрачности распоряжения активами, находящимися под контролем Пензенской области, и готова предоставить возможность всем упомянутым лицам изложить свою позицию, а также опубликовать документально подтвержденные разъяснения и возражения.