Минфин Пензенской области ответил на обращение The Penza Post: начальная цена двух контрактов Правительства с ООО «Медиахолдинг “Наш дом”» в 2024 году была рассчитана по трем коммерческим предложениям, нарушений 44-ФЗ именно в этой части ведомство не нашло. Но редакция спрашивала регулятор не про арифметику НМЦК. Мы спрашивали, почему вице-губернатор и топ-должностное лицо Сергей Федотов от имени Правительства подписал контракты с частной компанией, созданной всего за три месяца до первого договора, когда четверть этой фирмы принадлежала помощнице депутата Антона Шаронова Судаковой, а сам Шаронов в подведе самого Федотова возглавлял государственный «Экспресс», который в тот же период интегрировал исторический 11 канал в госконтур. Ответа на этот вопрос в письме Минфина нет.

Минфин проверил калькулятор. А мы спрашивали про контур.

В ответе от 16 сентября 2026 года № 15/02-09/2673 Министерство финансов Пензенской области прямо называет два контракта: от 1 марта 2024 года № 0155200000924000093 и от 24 июня 2024 года № 0155200000924000436. Проверка касалась возможных нарушений при определении и обосновании начальной (максимальной) цены контрактов.

Вывод Минфина узкий и понятный: Правительство применило метод сопоставимых рыночных цен, использовало три коммерческих предложения потенциальных исполнителей, сведения о НМЦК разместило в ЕИС, закупки проводились конкурентным способом — запросом котировок в электронной форме. Нарушений требований 44-ФЗ при определении и обосновании НМЦК ведомство не выявило.

Хорошо. Но это отвечает только на вопрос «как посчитали стартовую цену?». Это не отвечает на вопрос «почему бюджетный заказ оказался у именно этой частной фирмы и проверял ли кто-нибудь служебно-корпоративный контур вокруг нее?». НМЦК — не сертификат независимости подрядчика и не заключение об отсутствии конфликта интересов.

ООО «Медиахолдинг “Наш дом”» зарегистрировано 30 ноября 2023 года. Уже 1 марта 2024-го Правительство Пензенской области заключает с ним первый контракт. То есть к моменту первого государственного медиазаказа компании было примерно три месяца.

По опубликованным контрактным материалам заказчиком выступало Правительство Пензенской области, а документы от его имени подписывал вице-губернатор Сергей Федотов. Исполнителем было частное ООО «Медиахолдинг “Наш дом”». Предмет был связан с производством и размещением видеоматериалов о деятельности губернатора, Правительства области и реализации национальных проектов.

Это была не старая телекомпания с многолетней историей и не государственное ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”». Это было новое частное ООО с почти тем же именем, возникшее прямо внутри периода, когда исторический «Наш дом» и 11 канал переводились в государственный медиаконтур. В концепте двух выдающихся интеграторов - Федотова и Шаронова.

25% — у помощницы человека, который интегрирует тот же «Наш дом»

По данным ЕГРЮЛ, ранее опубликованным редакцией, с момента создания ООО и в течение всего 2024 года 25% компании принадлежали Инне Судаковой. Ее статус помощницы депутата Антона Шаронова ранее подтверждался в материалах редакционных проверок и переписки с органами власти.

Антон Шаронов в этот же период руководил ГАУ ПО «Медиахолдинг “Экспресс”». Именно государственный «Экспресс» занимался интеграцией медиаресурсов ТРК «Наш дом». Сам «Экспресс» 13 декабря 2024 года сообщил, что интеграция завершена, а 11 канал стал государственным.

То есть в одной временной точке мы видим две параллельные линии. Публичная: руководитель ГАУ Шаронов интегрирует 11 канал в государственный медиахолдинг. Частная: помощница того же Шаронова владеет четвертью нового ООО с названием «Медиахолдинг “Наш дом”», которое получает контракты Правительства за подписью... самого куратора интегратора. Прокурор и Счетная палата: конфликта интересов нет! Треш. "Весом" почти в 9 млн казны субъекта.

Да, само по себе это еще не доказывает ни нарушения закона, ни личной заинтересованности Федотова или Шаронова. Но для чиновника уровня вице-губернатора, куратора интеграции в собственном подведе, такая совокупность обстоятельств как минимум выглядит причиной задать дополнительные вопросы до того, как подпись под контрактом откроет частной фирме доступ к бюджетным деньгам. А где "вежливые" люди? Ау!... Казна ведь.

Семь дней между государственной лицензией и частным контрактом.

Особенно жестко выглядит хронология второго договора. Как ранее публиковал The Penza Post со ссылкой на официальный ответ Роскомнадзора, 17 июня 2024 года телевизионная лицензия исторического «Нашего дома» была переоформлена на государственное ГАУ «Медиахолдинг “Экспресс”».

А 24 июня — через семь дней — Правительство заключает второй контракт не с ГАУ, а с частным ООО «Медиахолдинг “Наш дом”». 28 июня в государственный контур перешла и радиолицензия.

Мы не утверждаем, что сам по себе такой контракт незаконен: государственный вещатель может работать с внешними производителями контента, а конкурентная закупка может привести к победе частного исполнителя. Но тогда тем важнее документы, которые объясняют реальную экономику: кто производил контент, на чьем оборудовании, в чьих помещениях, чьими сотрудниками, кто обеспечивал эфир и почему новый частный подрядчик оказался экономически необходим, когда рядом уже действовал государственный медиахолдинг, интегрировавший тот же ресурс.

Конфликт интересов: что можно утверждать, а что должен установить контроль.

Юридически здесь важно не подменять понятия. Федеральный закон № 273-ФЗ связывает конфликт интересов с личной заинтересованностью лица, которая влияет или может повлиять на объективное исполнение его полномочий. На имеющихся у редакции документах мы не можем утверждать, что у Сергея Федотова была личная заинтересованность в ООО «Медиахолдинг “Наш дом”».

И закупочное понятие конфликта интересов по 44-ФЗ тоже имеет специальный, более узкий состав. Из одного лишь факта участия помощницы Шаронова в капитале подрядчика нельзя автоматически вывести, что между Федотовым как представителем заказчика и ООО существовал юридически установленный конфликт интересов.

Но это не отменяет другого вопроса: видел ли заказчик риск конфликта интересов и зависимости вокруг другого публичного должностного лица — руководителя ГАУ, интегрировавшего тот же медиаресурс, — когда его помощница владела 25% частного исполнителя? Проводилась ли расширенная проверка такой связи? Составлялась ли служебная справка? Запрашивались ли объяснения? Проверялось ли участие Шаронова или его аппарата в формировании задания, коммуникациях с подрядчиком или фактическом исполнении контрактов? Ответ Минфина № 15/02-09/2873 об этом не говорит ничего.

Три коммерческих предложения — теперь покажите фамилии и компании.

Свежий ответ Минфина дал редакции еще одну точку проверки: НМЦК каждого контракта формировалась на основе трех коммерческих предложений потенциальных исполнителей. Значит, есть конкретные документы. Редакции нужны все шесть предложений: кто их направил, когда, с какой ценой, на какой объем услуг и с какими исходными параметрами. Нужны запросы Правительства о предоставлении ценовой информации. Нужны протоколы электронных запросов котировок и сведения обо всех реальных участниках и предложенных ими ценах.

Если предложения исходили от действительно независимых участников рынка и закупки имели реальную ценовую конкуренцию — это один вывод. Если обнаружатся пересечения по владельцам, руководителям, адресам, контактам или иным существенным связям — это уже совсем другой предмет проверки.

Минфин проверил методику цены. Независимость источников цены и весь корпоративный контур исполнителя в его ответе не раскрыты.

Вопросы Сергею Федотову — уже без чиновничьего тумана и особого, "птичьего", чиновничьего языка.

Первое. Знал ли Сергей Федотов на даты 1 марта и 24 июня 2024 года, что 25% ООО «Медиахолдинг “Наш дом”» принадлежали Инне Судаковой — помощнице Антона Шаронова?

Второе. Кто в Правительстве проверял состав участников, бенефициарные и служебные связи нового ООО до подписания контрактов?

Третье. Проводилась ли отдельная проверка рисков конфликта интересов вокруг руководителя ГАУ «Экспресс» и лиц его аппарата, учитывая, что ГАУ в тот же период интегрировало исторический «Наш дом»?

Четвертое. Кто именно предоставил три коммерческих предложения для каждого из двух расчетов НМЦК?

Пятое. Сколько участников реально подало заявки в каждом электронном запросе котировок и как отличались их цены?

Шестое. Кто фактически производил оплаченный Правительством контент: персонал ООО, сотрудники АО «ТРК “Наш дом”», сотрудники ГАУ «Экспресс» или субподрядчики?

Седьмое. На чьем оборудовании и в чьих помещениях выполнялись работы? Если использовались ресурсы государственного или интегрируемого медиаконтура — на каком договорном основании и по какой цене?

Восьмое. Почему второй контракт с частным ООО был подписан через семь дней после перехода телевизионной лицензии 11 канала к государственному ГАУ?

Девятое. Почему эти обстоятельства не отражены в публичной служебной логике выбора модели исполнения государственного медиазаказа?

Цена проверена. Маршрут денег — нет.

Письмо Минфина можно считать ответом на один узкий вопрос: формально примененный способ расчета НМЦК ведомство нарушением не признало. Но центральный вопрос расследования остался на месте.

В разгар интеграции 11 канала в государственный медиахолдинг рядом появляется новое частное ООО с тем же ключевым названием. Четверть компании принадлежит помощнице руководителя государственного интегратора. Через три месяца это ООО получает первый контракт Правительства. Затем, уже через семь дней после перехода телевизионной лицензии к ГАУ, получает второй. И под обоими правительственными контрактами — подпись Сергея Федотова.

Поэтому вопрос к бывшему вице-губернатору не в том, умеет ли Правительство считать среднюю цену по трем предложениям. Вопрос в другом: почему очевидный корпоративно-служебный контур вокруг нового частного подрядчика не стал причиной для отдельной, документированной проверки до направления бюджетных миллионов?

Если такая проверка была — покажите ее. Если не была — объясните почему. Если связи считались несущественными — покажите правовую и служебную оценку, на основании которой их проигнорировали.

The Penza Post готов опубликовать позицию Сергея Федотова, Любови Финогеевой, Антона Шаронова, Инны Судаковой, Правительства Пензенской области, ГАУ ПО «Медиахолдинг “Экспресс”» и ООО «Медиахолдинг “Наш дом”» в полном объеме.

——————————————————————

Редакционная правовая оговорка.

Материал не утверждает наличие установленного судом или контрольным органом конфликта интересов, коррупционного правонарушения либо личной заинтересованности Сергея Федотова. Редакция ставит вопросы о проверяемых признаках риска, служебно-корпоративных связях и полноте контроля вокруг бюджетных контрактов. Правовая квалификация относится к компетенции уполномоченных органов и суда.